«Вот и дохранились»: рассказ капитана корабля, перевозившего взорвавшуюся селитру, о том, как она попала в порт Бейрута

Бывший капитан корабля Rhosus Борис Прокошев, судно которого задержали в порту ливанского Бейрута с 2750 тоннами аммиачной селитры, рассказал «Медиазоне», что из порта его не выпустили из-за неоплаченного груза и штрафов. Сам сухогруз, ходивший под флагом Молдовы, принадлежал бывшему жителю Хабаровска Игорю Гречушкину.

По словам Прокошева, в 2013 году его позвали работать капитаном команды Rhosus на шесть месяцев. Мужчина приступил к работе в турецкой Тузле — корабль уже загрузили аммиачной селитрой. Прокошев рассказал, что в Турции судно сменило всю команду и у него «возникли подозрения»: «Это ненормально, потому что на пароход приходят в разное время, и в разное время списываются. Они мне сказали: „Мы не хотим идти в Мозамбик, на такой далёкий рейс“. Ну, вроде бы правдоподобно. Спрашивали, как работа — никто ничего не говорит. Всё нормально, всё нормально, всё нормально».

Фото опубликовано в 2012 году за год до того, как Прокошев стал капитаном судна. Фото из соцсетей Бориса Прокошева, скриншот «Медиазоны»

Позже Прокошев выяснил, что Гречушкин не платил зарплату бывшему экипажу четыре месяца, а выдал её только после забастовки «перед списанием» команды.

Новая команда отправилась в Грецию для заправки топливом, где Гречушкин сообщил, что «якобы нашёл ещё какой-то груз в Бейруте» и отправил судно в ливанский порт. В Ливане на Rhosus загрузили тяжёлую дорожную технику, из-за которой «палубу чуть не проломили». Прокошев отказался принимать на борт груз, после чего Гречушкин сказал им ехать в Грецию, однако судно арестовали в ливанском порту: «Бейрутцы не выпустили пароход — он должен был оплатить портовые сборы и штрафные санкции за то, что мы груз не взяли. Это он [Гречушкин], естественно, не оплатил».

По словам Прокошева, аммиачная селитра была упакована в синтетические полипропиленовые мешки по одной тонне. Журналисты «Медиазоны» показали бывшему капитану фотографию с предполагаемым грузом селитры в порту Бейрута — оно распространилось в ливанских соцсетях. Прокошев подтвердил, что мешки похожи на те, что были на Rhosus.

Фото «Медиазоны»

Прокошев сообщил, что часть экипажа ливанские пограничники отпустили, а нескольких человек оставили «следить» за судном: «Если бы еду не привозил один бейрутский, мы бы там умерли». Капитан корабля безрезультатно связывался с Гречушкиным, бейрутскими властями и даже писал Владимиру Путину.

Я Путину каждый месяц по емейлу письма отправлял с просьбой вызволить нас из плена: «Владимир Владимирович, у нас положение хуже заключённых: те, во-первых, сидят за то, что совершили преступление, а во-вторых, знают срок, когда они выйдут. Нам обвинений никаких не предъявлено, и мы не знаем, выпустят нас когда-нибудь или вообще никогда не выпустят». В ответ: «Ваше обращение передано в МИД для принятия решений».

Борис Прокошев
бывший капитан корабля Rhosus

Команда судна продала часть топлива для найма адвоката, который подал иски: «Один к правительству, чтобы нам разрешили отправку домой, а второй — чтобы нам выплатили зарплату. Первый в течение трёх месяцев суд шёл, с консульства были люди, выступали — в общем, нас отпустили. А деньги до сих пор [не заплатили]».

По словам Прокошева, команда корабля закрыла помещения с аммиачной селитрой на ключ, который передали миграционной службе. Позже их адвокат сообщил, что «груз выгрузили на берег, на склад под ответственность министерства транспорта Бейрута».

Они знали, что это груз опасный — там террористическая опасность в Ливане, с таким грузом в порты нельзя заходить. Как Гречушкин договорился, чтобы нас туда пустили, я не знаю. Когда Гречушкин хотел, чтобы мы ушли на Кипр, ливанцы, зная, что у нас опасный груз, наоборот, должны были доплатить ему денег, чтоб только он убрал головную боль из порта. А они арестовали пароход — видать, хотели с него содрать. Ну, естественно, хотели содрать, а получилось, что он ни нам не заплатил, ни им.

Борис Прокошев
бывший капитан корабля Rhosus

Прокошев добавил, что груз могли реализовать или закопать в полях после конфискации, так как аммиачная селитра — это удобрение: «Для чего его хранили, я не знаю. Ну вот и дохранились».

Бывший капитан корабля Rhosus Борис Прокошев

Источник: tjournal.ru
0